Познакомились со смолевичанкой, которая покорила Стамбул соломоплетением

Ольга Мацулько преподает соломоплетение в Центре творчества детей и молодежи. Но мало кто знает, что она окончила аспирантуру при Академии наук, что глубоко изучила историю белорусского головного убора, не перестает участвовать в выставках самого разного уровня, а в веночках, шляпках и картузах работы смолевичского мастера танцуют артисты легендарного ансамбля «Хорошки» и многих других прославленных коллективов страны.

– Ольга, расскажите, почему именно соломка?

– Это произошло случайно. Я училась в первой школе, после 9 классов поступила в колледж искусств. Пошла туда учиться по стопам мамы, которая в свое время окончила там режиссерское отделение. Она очень хотела, чтобы и я последовала за ней. Но я сказала: «Нет уж. Я пойду лепить тарелки. Посуда каждый день нужна». Но оказалось, что керамистов набирают через год, а мой курс должен был обучаться соломоплетению. Этим я никогда раньше не занималась, но освоила все довольно быстро. Уже во время учебы стала брать первые заказы.

«Льву нужен вызов»

– Как получилось, что вы не только продолжили учебу в вузе, но еще и окончили аспирантуру при Академии наук?

– Я немного поработала в нашем центре ремесел, а позже решила продолжить учебу в университете культуры, на фольклористике. И в тот момент, когда я уже намеревалась работать по распределению в отделе культуры, мне позвонила подружка и говорит: «А пойдем в аспирантуру при Академии наук». Я растерялась, поделилась со второй подружкой, а та возьми да и скажи: «Зачем? Все равно не поступишь, английский не сдашь». Но… по знаку зодиака я Лев, а Льву нужен вызов. И вызов был брошен. В итоге я поступила на бюджет в аспирантуру Центра исследований белорусской культуры, языка и литературы НАН Беларуси. Темой моей научно-исследовательской работы стал белорусский головной убор.

– Но все-таки вся ваша жизнь связана с соломкой…

– Когда я еще училась в колледже, мне поступил первый большой заказ от «Хорошек» – они и сейчас выступают в моих веночках. Потом для танцоров делала шляпы, украшения для «Терницы», изделия для конкурса «Мисс Интерконтиненталь». Часто вижу свои украшения на девушках, которые подносят подарки нашему Президенту или гостям страны. Всякий раз это сжатые сроки, бессонные ночи, и каждый раз я говорю себе и родным: «Все, это последний раз, и мы расстаемся с соломкой». Но не успеет закончиться одно, сразу начинается другое, и очень хочется помочь, ведь сроки снова поджимают. Вот недавно поступил заказ на картузы для детского коллектива, а «Хорошкам» уже нужна новая соломенная лошадка…

Стамбул и сувениры из «мусора»

– В 2017 году, только родив сына, вы представляли соломоплетение Беларуси на международном фестивале культуры и искусства «Бююкчэкмеджэ» в Стамбуле. Расскажите об этом.

– Да, когда моему сыну исполнился всего месяц, вдруг раздался звонок с приглашением ехать на этот фестиваль, на 10 дней. Я собиралась отказаться, поскольку ребенок был на грудном вскармливании, но муж и мама сказали: «Лети! Мы справимся». И я полетела.

Этот фестиваль в Стамбуле проходит каждый год, там собираются мастера и творческие коллективы из десятков стран всего мира. И он перевернул мое мировоззрение. Меня поразило: когда звучала турецкая народная музыка, все – и участники, и организаторы – исполняли свои традиционные танцы. Это по-настоящему красиво. Я видела, что создают мастера из самых разных материалов: и утилитарные вещи, и просто декоративные, и даже сценки из жизни. Мои соломенные куклы тоже пользовались спросом – все разобрали для музеев и частных коллекций. Выставка длилась 10 дней, и уже на третий день мастера садились рядом и учились друг у друга. Это был отличный опыт. Был и забавный момент: когда мэр Стамбула вручал нам награды, он сказал: «Вы, белорусы, большие молодцы. Вы делаете такие потрясающие вещи из того, что мы просто выбрасываем.

– Турция – страна мусульманская. Были ли моменты, которые вас удивили?

– Каждый стенд сопровождался красочной информацией, написанной очень крупными буквами специально для турецких женщин. Они не работают, занимаются семьей, и такие мероприятия мужчины организуют специально для них. Если женщины выходят в свет, на мероприятие, то для них все должно быть максимально комфортно и доступно. Если окажется, что на выставку пришла пожилая дама, а текст для нее слишком мелкий, она имеет полное право подать в суд и на организаторов, и на участников. Кстати, там я познакомилась с нашими соотечественницами, которые после окончания БГУ вышли за турецких мужчин. Их супруги были в числе организаторов. Но о том, что их жены – белоруски, мы узнали, когда рядом не было мужчин: без разрешения супруга они не имеют права задавать вопросы и вступать в беседу могли только с его позволения. Кстати, на общественных мероприятиях женщины питаются отдельно от мужчин.

– На что вдохновила вас эта поездка?

– Эта выставка вдохновила меня на создание… козы! На выставке я узнала о традициях других народов, проанализировала и вдруг подумала: коза ведь присутствует во всех наших народных обрядах. Это символ богатства и плодородия. Почему бы ее не сплести? В итоге мы с детьми в центре творчества разработали целый ряд работ, посвященных этому фольклорному персонажу.

Они – о мамонтах, а я – о шапках

– В каких еще выставках вы участвовали?

– Я объездила всю Беларусь, была во Львове еще до известных событий, выставлялась в Польше. Но больше всего запомнилась поездка в Санкт-Петербург. Я читала там лекцию по белорусским традиционным головным уборам – это была тема моей научной работы в аспирантуре.

Представляете: конференция, ученые выступают с докладами о своих исследованиях, а у России же территория огромная! Кто-то рассказывает про раскопки, кто-то – про мамонтов или моржей… А мы – про шапки. Рядом с аудиторией, где мы выступали, находилось здание Кунсткамеры. И вот сижу я и думаю: «Тут сам Петр Первый ходил, он окно в Европу прорубил, корабли… А я тут со своими шапками…» Но все прошло неплохо.

– А что в изучении головных уборов поразило вас больше всего?

– То, что у нас в Беларуси никогда не было кокошников. У нас были веночки – детские, девичьи. Но кокошник – это чисто русский головной убор, причем достаточно богатых сословий. Если переводить на современный язык, «кокошник» – хвост курицы. Изначально женщины именно перьями украшали свои головы. Чем богаче был кокошник, тем статуснее женщина. А у нас в Беларуси у замужних женщин были намитки – это совсем другая эстетика и традиция.

«И ничего дороже нет»

– Ольга, в канун 8 Марта, когда отовсюду будут звучать песни одного известного артиста, хочу спросить: почему вы назвали сына Стасом?

– Это имя было в списке, который я составила во время беременности, но с приближением момента часть имен отпадала. И вот когда их оставалось совсем немного, я должна была ехать в Витебск на концерт Стаса Михайлова, но не вышло: в этот день у меня как раз родился сын. И коль так вышло, оставшиеся имена отпали сами собой.

– Стас такой же творческий, как мама и бабушка?

– Он творческий, любопытный. И ему, кажется, нравится все. Но что он выберет для себя в жизни – время покажет. Ведь ему еще только 8. Главное, чтобы его выбор приносил ему радость и вдохновлял на успех.